Искусство раздражать

Говорят, у каждого человека на земле свое предназначение. Кто-то сочиняет музыку, кто-то разбирается в пуговицах, кто-то рисует… А у кого-то смысл жизни – читать морали и совать нос не в свое дело.

Раньше мне казалось, что я жуткий консерватор. К современному искусству относилась скептически, новые события жизни воспринимала в штыки. Всегда ужасно раздражалась, когда другие люди нарушали мой внутренний мир. Жизнь была не то стерильным коридором больницы, не то библиотекой, где всё аккуратно расставлено по полочкам.

Юношеский максимализм, настигший меня в лет шестнадцать, в белые краски моей идеальной морали добавил яркости. Во-первых, я перестала относиться к современному искусству скептически. На это есть несколько причин. Самая главная из которых – я не художник. Поскольку сама не творю, то и вряд ли смогу толком разобраться в тонкостях современного искусства. Во-вторых, чтобы судить об искусстве, нужно знать всю его многовековую историю. В-третьих, следует иметь представление о современных тенденциях.
Мой консерватизм привил любовь к классической живописи, скульптуре, музыке. В целом античный стандарт, стандарт Средневековья для меня был обожаемым каноном. Но когда я уселась за тяжелые переплеты истории искусств, начала читать тематическую прессу (да, в Беларуси она тоже есть), то открыла для себя много нового. Когда сам начинаешь накапливать базу знаний по искусству, то квадраты Малевича перестают быть бессмысленными, перформансы и хэппенинги – глупыми и беспощадными. И ты вдруг неожиданно готов простить художникам всё непонятное, странное, ненормальное. Искусство превращается в мир увлекательных загадок.

Когда учитываешь вышеперечисленные условия, то начинаешь понимать, что невозможно соединить современную мораль и современное искусство. Представители последнего всегда будут провоцировать первых. Сегодня для художников творчество – это зачастую разжигание конфликта с общественной моралью. Так сказать, раздражение зрителя, ведь просто показать красивую картинку – уже мало. На это никто сегодня не обратит внимания. Сознание это не изменит. Для того, чтобы спровоцировать зрителя на рассуждения, художник может потерпеть и критику, и с потерей плода своего труда спокойно расстаться. Негативная, агрессивная реакция – это посыл к соавторству. Таким образом художники дополняют и завершают произведение.

В Израиле действует негласный запрет на исполнение произведений Рихарда Вагнера, одного из любимых композиторов Гитлера. Его оперы транслировали громкоговорители в концлагерях. Конечно, это можно объяснить контекстом травмы, но даже здесь у свободы творчества находятся защитники – «Ассоциация любителей Вагнера в Израиле». Они говорят: «Был ли Вагнер антисемитом – бесспорно. Но ведь и Шопен, и многие другие известные композиторы тоже были антисемитами. Что с того? Мы считаем, что современный поклонник музыки должен быть знаком и с его чудесными произведениями».

И пока на улице падает снег, мы все понимаем, что этические нормы с ходом истории меняются. Художники с их «пороками» забываются. Но ведь искусство вечно.

Top