мой день выборов

Второй день поездки приводил всех в бешенство. В нашем доме сегодня не ругались между собой только кошка с собакой. А я забыла паспорт, когда пошла на выборы. Первые мои. И сразу против всех.

Предполагаю, что большинство осознанных походов на голосование начинаются именно с такой позиции. Когда ты уже точно понимаешь, что нужно было бы что-то поменять, и уже точно знаешь что, но еще не определенно на кого именно и не на столько, чтобы лишь на кого. И здесь половина местоимений определяется, как оценочная, и неплохо так сливает мои худые и бедные политические убеждения.

Я пошла на выборы, потому  что трое из моей четырехчленной семьи задали накануне мне соответствующий вопрос. Хотя у нас сейчас полно куда более важных дел. Мы заботимся о виноградинке, завтра пойдем выбирать свадебное платье и уже купили маме туфли. Как вы понимаете, я словила себя на мысли, что дела моей семьи волнуют меня чуть сильнее дел моего государства. Но я попросила сплести мне белую фенечку, отметила бланк своей ручкой, сфотографировала его и сложила листик «гармошкой».

***

Местами я ненавидела свою начальницу в гос газете. Этот руководитель всегда точно знал, чего хочет, а коллектив – нет. Поэтому воз и ныне там. Она орала на меня, убеждала в неисполнительности и безответственности всегда, несмотря на работу по выходным, работу после работы и просто титанический вклад, который только может предложить молодой неопытный организм с проблемной профессиональной самооценкой. К чему это все? Прошел не один месяц, прежде, чем я решила бросить такую работу, перестать терпеть такое отношение к себе. Вранье в лицо, пустые обещания, от которых внутри только грусть, потому что все знают, что они никогда не станут реальностью. И еще вот этот самый грустный день месяца – день зарплаты. Аванс даже доставлял больше удовольствия. Уйти в неизвестность, может, и было ошибкой, но одна-то я должна справиться с этим, верно?

Так вот в конце того самого «перспективного» пути я все чаще убеждалась в том, что наша редакция – это настоящее подобие нашего государства, только в уменьшенном масштабе. Все начиналось с политики руководителя и этим же оканчивалось. Деспотичные методы управления, «кнут и пряник», «вы же трудолюбивые, так докажите это», «надо работать на износ», «работа всегда была у меня на первом месте», «за бесплатно и папка мамку не любит», «надо заслужить», «будете получать каждый столько, сколько заработал», «уравниловки не будет». Обращение к людям, как к ресурсу, который нужно выгребать здесь и сейчас на максимум. И главное не дать успеть подумать. И главное оставлять полуголодным. Чтобы жили от зарплаты до аванса, от аванса до зарплаты. Ведь только когда понимаешь, что из этого круга не вырваться, будешь терпеть абсурд и хамство.

А этим летом я полной грудью вдохнула независимость своего мнения. Я могу пойти на митинг. Могу свободно выражать свои политические взгляды. Потому что меня с работы не уволят за это, не лишат премии, не сделают выговор и не заставят писать объяснительную. Мои финансы от этого теперь не зависят даже косвенно. Только условно, конечно, ведь работать мне на кого-то приходится по-прежнему.

***

– Водка по семь с копейками в этих магазинах.

– Так и я о чем кажу, трэба ісці, пока работает, – разлетаются местечковые диалоги по теплой «Керамике».

Секретарь нашего четырнадцатого горынского участка смотрела на меня с легким призрением, медленно провожая пристальным взглядом. Недовольна мною она, мне кажется, уже очень давно. Еще когда я, мечтая поступить на журналиста, собирая темы для публикации в местную газету, пришла в библиотеку, где получила от нее задание с материалами… как сейчас помню: «тебе же будет не трудно это все красиво написать, тут я почти все подготовила, надо только в едином стиле про этого человека». Мол, и тебе для дела, и библиотеке (читай «мне»), для отметки. И вот, спустя девять лет, она приспускает очки и зрительно отрезает мне левое запястье – тогда я материал в «районку» не подготовила, а сегодня белым браслетиком свечу. Без перспектив, без мозгов, безответственная. Я могла бы стать, как Чегринец или более романтичные литературные земляки, но вместо этого мои письма имеют легкий налет «Свагнума» Мартиновича и тех молодых писателей, что считают Полесье самым странным и мистическим явлением белорусских земель.

А мы снова прочертили по Брестской области прямую и сейчас, разгоняя предвечерний летний туман, объясняем друг другу о притоках Припяти. Едем на Запад. Дорога темно-синей полоской режет бескрайние зеленые полесские поля. Эта местность совсем не холмистая, отчего кажется, будто неба тут в два раза больше, чем положено. Поэтому утро утопает в ясности, день в бесконечности, а ночь в звездной вечности.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Top